Это результат продолжающихся операций нового центра финансовой разведки полиции. «В настоящее время ведется несколько предварительных расследований, и есть несколько подозреваемых», — говорит Маркус Виллнер (Marcus Willner), менеджер по операциям.
В апреле был открыт новый центр финансовой разведки полиции (finansiella underrättelsecentrum). Его цель — борьба с преступной экономикой совместно с Агентством по борьбе с экономическими преступлениями, Налоговым управлением Швеции и банками.На сегодняшний день проведено три операции по борьбе с так называемыми тяжкими экономическими преступлениями.По состоянию на сентябрь в ходе операций было изъято около 30 миллионов шведских крон, как за счёт изъятия наличных, так и благодаря новому закону о независимой конфискации . Также было закрыто 400 банковских счетов. Руководитель операции Маркус Вильнер подчёркивает важность роли банков.– Например, закрытие банковских счетов является важной превентивной мерой, которая затрудняет организованной преступности использование финансовой системы для своей преступной деятельности.В отношении нескольких подозреваемых в связи с операциями начато предварительное расследование.Маркус Виллнер не хочет вдаваться в подробности, но когда речь идет о конкретных преступлениях, отмывание денег является общим знаменателем.– Это разные формы организованной преступности. Мы считаем, что все три операции по-разному влияют на общую картину проблем Швеции в области организованной преступности и криминальной экономики.По словам Маркуса Виллнера, в новом центре финансовой разведки власти и банки впервые работают вместе в борьбе с преступной экономикой.– Проблема настолько сложна, что работать по отдельности невозможно. Нам необходимо работать вместе, чтобы расширить свой инструментарий и обмениваться информацией, чтобы глубже понять проблему и действовать эффективно. Мы считаем это абсолютно необходимым.По словам Маркуса Виллнера, криминальная экономика — менее заметная сфера, однако в последнее время интерес к ней и уровень знаний о ней возросли.– Если мы собираемся повлиять на явную преступность, о которой люди обычно больше говорят, мы должны пойти против движущих сил, которые за ней стоят.
