Несмотря на то, что Норвегия долгое время считалась одной из наименее коррумпированных стран, громкие скандалы ставят под сомнение её репутацию. Работает ли «система доверия»?
Сейчас Норвегия занимает пятое место в рейтинге Индекса восприятия коррупции Transparency International, уступая только Дании, Финляндии, Сингапуру и Новой Зеландии. Однако эксперты предупреждают: не стоит расслабляться.
За последние десять лет рейтинг Норвегии снизился на пять пунктов. Это может указывать на рост коррупции или, как предполагает отчет forskning.no, на то, что о ней стало больше известно.
«Недавно раскрытые коррупционные дела — это только верхушка айсберга», — говорит Йо Тори Линд, профессор экономики Университета Осло. Он подчеркивает, что уровень коррупции в Норвегии может быть выше, чем кажется, из-за её скрытного характера.
Особенно ярко это проявилось в недавних скандалах с участием высокопоставленных лиц. Бывший премьер-министр и наследная принцесса оказались связаны с делом Эпштейна.
Другие случаи также подорвали доверие общества. Например, бывший гендиректор Norsk Industri Стейн Лиер Хансен тратил деньги компании на охотничьи домики и поездки для друзей.
Андерс Бессеберг, бывший глава Международного союза биатлонистов, был осужден за взятки, охотничьи вылазки и услуги проституток.
Линд отмечает общую черту этих дел: в них замешаны влиятельные люди, пользующиеся доверием общества.
### «Серая зона»
В Норвегии коррупция часто скрывается в элитных кругах и действует через систему доверия, редко становясь достоянием общественности до скандала.
Линд называет это «услугами для друзей» — обменом привилегиями между влиятельными людьми. Это могут быть частные охотничьи вылазки, отдых или продажа дорогих квартир по сниженной цене. Поскольку такие люди часто считаются «кумирами», их связи редко анализируются.
### Наивность Норвегии
Ключевая черта норвежского общества — высокий уровень доверия. Это доверие стало основой экономики и государственного управления, создав эффективное общество, где «всё просто работает».
«Мы наивно полагали, что коррупция существует только в других странах», — говорит Линд. Эта «наивность» может быть уязвимостью. Идея о неподкупности норвежских институтов тормозила введение строгих правил.
Линд считает, что Норвегия колеблется между крайностями: от веры в абсолютную честность до страха, что коррумпированы все.
### Проблема лоббирования
Для восстановления доверия Линд подчеркивает важность прозрачности. В Норвегии нет обязательного реестра лоббистов, что размывает грань между законным лоббизмом и коррупцией.
«Прозрачность — это хорошая мера против коррупции, хотя, к сожалению, она не решает все проблемы», — говорит Линд.
По мере роста недоверия к обществу важно доказать, что «скандинавская модель» способна справиться с новыми вызовами. Наша цель — развиваться, сохраняя прозрачность и подотчетность как основу доверия.
